Вторая беда мужчин — вера в то, что «ни на что нельзя повлиять». Это ложь. Я убедился в этом сам, когда, будучи обычным юным пареньком, без связей, власти и денег, победил весьма влиятельных врагов. Все, кто был в курсе событий, в один голос твердили: «Плетью обуха не перешибёшь! Кто они и кто ты! Да они тебя мизинцем раздавят!». В итоге всё получилось прямо противоположным образом. А знаешь, почему? Потому что я в один момент сказал себе, что если отступлю — они меня сожрут гарантированно. Если не отступлю, а буду сражаться, то тоже могут сожрать. Но могу и я.
Так вот: ты можешь проиграть, вступив в борьбу. Но если сдашься, то проиграешь гарантированно.
Сплочённость. Одна из серьёзных проблем любого мужского коллектива — ранговая борьба, зависть, конкуренция. В главе «Мужчина и общество» я писал, что глупо конкурировать, пребывая в бесправном положении.
Очень важно отталкиваться от простого принципа — надо искать точки соприкосновения, общее, а не то, что разделяет. Не нравится какая–то идея, выдвинутая соратником — не поддерживай её. Сотрудничай по другим, общим направлениям. Только в секте все обязаны беспрекословно подчиняться предводителю. Мужское просвещение — не секта. Каждый волен выбирать то направление работы, которое ему кажется актуальным. Решил выйти с плакатом на улицу — организуй. Или выходи на одиночный пикет. Решил написать обращение к президенту, но другие тебя не поддержали — пиши лично от себя. Хочешь снять мужской фильм, написать книгу, создать сайт — снимай, пиши, создавай. Поддержат твоё начинание другие — отлично. Нет — значит, прими как факт. Не жди всеобщего одобрения твоего решения. Просто делай.
Обобщу. Пока движение за права мужчин не станет массовым, ни один политик не будет заинтересован в сотрудничестве с нами. Даже если у нас будут суперсправедливые и предельно здравые идеи. Почему так — мы разобрали.
Что ещё можно делать? Писать обращения в государственные органы власти: в парламент, правительство, президенту. Инициировать сборы подписей. Это важно: капля камень точит. Даже при скромной поддержке это даст понять политикам, что проблема существует и люди ею озабочены.
Основное правило, которое должно быть в авангарде твоей идеи — любая целенаправленная полезная деятельность приближает тебя к результату. Пусть на миллиметр — но приближает.
Путь длиной в тысячу миль начинается с первого шага. И состоит из таких же шагов.
Друг, мы обсудили всё. Теперь ты знаешь о мужчине, то есть о себе, гораздо больше, чем знал до этого. Теперь ты вооружён. В этом твоя сила. А наша общая победа — в мужском единении и мужском просвещении!
На сегодняшний день у биологов нет ни малейших сомнений в том, что поведение животных, включая человека, во многом зависит от генов.
(Александр Марков)
Человек — биосоциальное существо. Поведение человека зависит от двух факторов: биологического и социального. Биологический фактор, то есть те программы, которые заложены в психике человека ещё до его рождения, мы называем инстинктами. Можно называть их как угодно: врождёнными поведенческими программами, биологическими намерениями (даже такое есть!) — суть от этого не меняется. Социальный фактор, который появляется после рождения, мы называем воспитанием (сюда же для простоты отнесём опыт, т. е. самовоспитание). При этом воспитание чаще всего направлено на подавление инстинктов (опыт может стимулировать инстинктивное поведение, а может и подавлять). Действительно, например, пищевой инстинкт требует насыщения при появлении чувства голода, при этом ему, инстинкту, не важно, как будет добыта пища. Воспитание же запрещает некоторые — причём самые простые — способы добычи пищи (воровство, каннибализм). Половой инстинкт требует половых сношений при любом половом возбуждении. Однако воспитание запрещает половое сношение с применением силы, сношение с незнакомцем, сношение в присутствии других людей и т. д.
Гипотеза о совместном влиянии на поведение как инстинктов, так и воспитания, удовлетворяет критерию Поппера для научных гипотез. Можно предположить опыты, в ходе которых она окажется ошибочной.
1. Изолировать несколько детей от человеческого социума и любого воспитания вообще, включая животное. Если поведение этих людей не будет отличаться от поведения хотя бы части тех, кто воспитывался в человеческом обществе, значит, воспитание не оказывает никакого влияния на поведение. Подобные «опыты» были проведены самой природой, без участия человека. Правда, человеческое воспитание было заменено воспитанием животным. Однако это всё равно доказало большое влияние человеческого воспитания на поведение человека. О результатах более подробно можно прочитать здесь: Лубовский В. И. Развитие словесной регуляции действий у детей (в норме и патологии). — М.: Педагогика, 1978; Йозеф Лангмейер, Зденек Матейчек Психическая депривация в детском возрасте. — Прага: АВИЦЕНУМ, 1984.
2. Можно каким–либо образом стереть при рождении всю информацию, хранящуюся в мозге человека и относящуюся к высшей нервной деятельности. Тогда мы удалим из мозга инстинктивные программы. Если такие люди по поведению не будут отличаться от хотя бы части тех, кому информацию не стирали, то это опровергнет влияние инстинктов на поведение человека. При всей фантастичности первого и второго экспериментов оба они соответствуют критерию Поппера. То, что такие эксперименты в настоящее время технически и этически неосуществимы, не делает их неподходящими для проверки соответствия гипотезы критерию фальсифицируемости.